Андрей Сизов, директор аналитического центра «СовЭкон»: Зерновые перспективы

0 404

Беседовала Анастасия Кирьянова

Рынок зерна является одним из крупнейших рынков российского агропромышленного комплекса. Все происходящие на нем изменения так или иначе сказываются на других отраслях — пищевой промышленности, животноводческом направлении, кормопроизводстве. Поэтому анализ зернового рынка и прогнозы его развития всегда актуальны для многих сельхозпроизводителей.

Во многих регионах страны активно идет уборка зерновых культур, на некоторых территориях начавшаяся несколько позже по причине неблагоприятных погодных условий. Постепенно разрыв по намолоту зерна в сравнении с прошлым годом сокращается, а показатель урожайности — увеличивается. Безусловно, большинство аграриев волнуют прогнозы сбора урожая различных культур и уровень спроса на них, ценовые изменения как на мировом, так и внутреннем рынках, выгодные способы реализации зерна. Подробно об итогах прошедшего сельскохозяйственного года, темпах и направлениях экспорта, а также о перспективах нового сезона рассказал Андрей Сизов, директор аналитического центра «СовЭкон».

— В прошлом году в стране был собран рекордный урожай зерна. Оказалась ли отрасль готова к нему? Как сегодня складывается ситуация с мощностями по хранению зерновых культур?

— В течение 2016/2017 сельскохозяйственного года никакие ограничения по инфраструктуре и перевозкам зерна не отмечались, поэтому в данном отношении отрасль оказалась готова к высокому урожаю прошлого года. Вообще, часто появляющаяся информация о неготовности не совсем соответствует действительности. Существует простой и объективный индикатор оценки — стоимость услуг по хранению зерна. Если бы имелась нехватка мощностей, то цена за хранение согласно экономическим законам выросла бы, однако на протяжении всего сезона она оставалась примерно на одном и том же уровне. Помимо больших элеваторов, основная часть которых была построена еще в советское время, свои услуги предлагали новые хранилища. Также в последние годы активно возводились склады напольного хранения зерна в самих хозяйствах, расположенных, в первую очередь, в южных регионах страны, а также развивалась и внедрялась относительно новая для России технология — хранение в пластиковых рукавах. Они стоят достаточно дешево, чем и вызван рост их популярности среди российских сельхозпроизводителей. Таким образом, с учетом этих двух тенденций проблемы с размещением урожая отсутствуют как на федеральном, так и на региональном уровнях, причем достаточно давно — еще с 2008 года. Отдельные проблемы могут возникать в некоторых районах, но это частные случаи.

— Каковы результаты экспорта зерновых и масличных культур в прошедшем сельскохозяйственном году?

— В прошлом сезоне вывоз зерновых и зернобобовых культур стал, по нашим оценкам, рекордным — около 37 млн т, в то время как в 2015/2016 году данный показатель составил 35,6 млн т. При этом были достигнуты большие объемы поставок пшеницы и кукурузы. Рекордно высокие темпы экспорта отмечались в последние месяцы сезона — с марта по июнь, а в предыдущий период они соответствовали графику 2015/2016 сельскохозяйственного года. Данный сезон был не совсем характерным для нашей страны, поскольку обычно Россия выво­зит большую часть экспортных объемов в его первой половине, а во второй темпы экспорта резко снижаются. В прошлом же сельскохозяйственном году иная ситуация сложилась по нескольким причинам: высокие запасы, которые необходимо реализовывать, и снижение внутренних цен, что позволяло вывозить зерно за границу. В начале сезона объемы поставок оценивались более высоко, в течение года эти значения постоянно корректировались, а в последние месяцы вновь регулярно повышались. Однако при таком рекордном урожае зерновых, собранном в прошлом году, экспорт мог быть и выше.

С начала сезона 2016/2017 года, который для масличных еще продолжается, экспортировано уже почти 300 тыс. т подсолнечника, что уже в пять раз больше, чем за весь прошлый год. С одной стороны, наблюдался внушительный рост в объемах поставок, но с другой, данный показатель стал достаточно скромным на фоне собранных в прошлом году 11 млн т этой культуры. Среди основных причин — очередное снижение в 2016 году экспортных пошлин на подсолнечник. В связи со вступлением в ВТО Россия взяла на себя обязательства по поэтапному уменьшению размера пошлин на масличные. В результате за последние несколько лет на некоторые культуры они были обнулены, а на подсолнечник снижены с 20 процентов до 6,5 процента от таможенной стоимости товара, причем в дальнейшем пошлина сохранится, однако ниже опускаться не будет. Объемы вывоза подсолнечного масла к концу сезона могут составить около двух миллионов тонн, что будет новым рекордом по поставкам данной продукции.

— По вашему мнению, чем обусловлены невысокие показатели вывоза зерновых по отношению к объему урожая?

— Относительно скромные темпы экспорта были связаны, в первую очередь, с хорошим финансовым состоянием сельхозпроизводителей, особенно в южных регионах страны. Многие из них не испытывали острой нужды в денежных средствах ни осенью, ни в конце сезона, поэтому продавали зерно достаточно медленно, что, в свою очередь, сдерживало снижение цен на внутреннем рынке. Данный факт — косвенный индикатор того, что в растениеводческой отрасли по итогам прошлого года отсутствовали серьезные проблемы. Другие факторы, способствовавшие снижению темпов экспорта, — курс рубля, начавший укрепляться с конца прошлого года, и проблемы экспортеров с возмещением НДС.

— Каким образом запретительные меры со стороны Турции отразились на поставках зерновых?

— Данная страна — значимый для России рынок сбыта зерна, и особенно подсолнечника, поскольку обычно на это государство приходится 40–60 процентов российского экспорта подсолнечного масла. Временные запреты со стороны Турции стали одной из причин небольшого снижения темпов отечественного экспорта, однако воздействие этого фактора было сильно ограниченным. Хотя новые соглашения о поставках не заключались, осуществлялось исполнение ранее заключенных контрактов, и зерно вывозилось на турецкий рынок. Таким образом, небольшая пауза не оказала существенного влияния, и с точки зрения физических темпов поставок какие-либо глобальные сбои не наблюдались.

— На ваш взгляд, следует ли ожидать возобновления практики запретов со стороны Турции?

— Думаю, что в ближайшее время подобных мер мы не увидим, однако в перспективе нового сезона риски их появления довольно высоки. Турция — крупнейший импортер российской растениеводческой продукции, но, как показывают последние события, не совсем надежный партнер. Ограничения на ввоз сельхозсырья из России рассматриваются Турецкой Республикой в качестве карты, которая может быть легко разыграна в переговорах с нашей страной. Вероятность подобного события явно не нулевая, особенно пока РФ будет вовлечена в конфликт в Сирии.

Сегодня часто говорят о Турции и забывают о другом крупном покупателе российской пшеницы — Египте. Эта страна также периодически ограничивает поставки, предъявляя претензии к качеству зерна, хотя подобные заявления звучат в адрес не только нашего государства, но и практически всех поставщиков. Таким образом, какие-либо решения со стороны Турции и Египта могут немного испортить отечественным сельхозпроизводителям новый сезон.

— Может, эти страны стоит заменить новыми партнерами?

— На самом деле не так просто, как об этом часто заявляется, перенаправить экспортные потоки и заместить ведущих игроков. Турция — крупнейший покупатель именно качественной пшеницы с высоким белком, использующейся впоследствии для переработки. В случае закрытия данного государства зерно в любом случае удастся реализовать, однако, скорее всего, на худших условиях и по низкой цене. В этом случае проигравшими останутся российские сельхозпроизводители.

— Как развивается сегодня сотрудничество с Китаем? Какие объемы продукции поставляются?

— У нашей страны КНР пока ничего в больших объемах не закупает, кроме рыбы. Из растениеводческой продукции заметны поставки подсолнечного масла, а экспорт пшеницы минимален, и в среднесрочной перспективе существенно не изменится. Китай — крупнейший импортер соевых бобов, и на его долю приходится более половины мировой торговли этой продукцией. В последние два сезона Россия также стала поставлять около 400–500 тыс. т соевых бобов в КНР, и для нашей страны при производстве около трех миллионов тонн это серьезный объем, однако для Китая эти поставки составляют лишь 0,5 процента от общего импорта. При этом для экспорта растениеводческой продукции существуют серьезные ограничения: список регионов, откуда можно вывозить сырье, весьма ограничен, а из Дальневосточного ФО его можно поставлять лишь в мешках, хотя обычно торговля идет насыпью.

— Каким образом изменились направления сбыта российского зерна?

— В последние несколько сезонов рынки расширились: продукция поставляется в Мексику, более активно — в Северную Африку, например в Марокко. В последнем случае закупки объясняются прошлогодним неурожаем во Франции — традиционного для этого региона поставщика. Более активными темпами осуществлялся экспорт в Юго-Восточную Азию, в первую очередь, в Бангладеш, куда начала поставляться пшеница невысокого качества, которой в прошлом сезоне было в избытке. Среди государств — импортеров этой культуры, по общим подсчетам, данная страна стала третьей в сезоне 2016/2017 года. Налаживание поставок российского зерна в Азию связано с его востребованностью в этом регионе и невысокими требованиями потребителей к качеству.
В текущем сезоне среди покупателей кукурузы появилась Япония. Она является крупнейшим мировым импортером этой культуры — объемы годового импорта составляют 15 млн т, что практически равняется всему российскому производству. Закупки у нашей страны были связаны в основном с перебоями в поставках из США. Одним из важных новых партнеров стал Вьетнам, который сегодня является наиболее значительным импортером российской кукурузы, а сама страна входит в число крупнейших мировых покупателей с объемом импорта в восемь миллионов тонн. Наше сотрудничество обусловлено подписанием в прошлом году Соглашения об установлении зоны свободной торговли между членами Евразийского экономического сообщества и Вьетнамом. Документ предполагает поэтапное снижение торговых барьеров, в том числе и для зерна.

— По вашему мнению, какие новые государства могли бы стать потенциальными партнерами нашей страны и почему?

— Россия имеет возможность активнее поставлять зерно в Юго-Восточную Азию, благодаря относительно невысокому качеству продукции и сохранению ставок фрахта на исторически низком уровне. Однако в данном регионе высокая конкуренция — в налаживании сотрудничества с азиатскими странами нам мешает Австралия. Наше государство могло бы присутствовать на большем количестве крупных и важных рынков, если бы в нем существовало сильное зерновое лобби, которое занималось бы расширением направлений сбыта российской продукции. Один из таких возможных рынков — Алжир. Эта страна является крупным покупателем пшеницы — около восьми миллионов тонн, но предпочитает сотрудничать в основном с Францией. Даже когда в последней случился неурожай, российское зерно не было допущено на рынок Алжира по причине излишне завышенных требований по содержанию пшеницы, поврежденной клопом-черепашкой. Стандарт составляет 1–1,5 процента испорченных насекомыми зерен, в то время как Алжир установил этот показатель на уровне невыполнимых нашей страной 0,1 процента, причем такое завышенное требование является совершенно избыточным и не влияющим на качество готовой продукции. То есть выдвигаемое Алжиром условие, по сути, является дискриминирующим в отношении России. Схожее требование к содержанию клопа в пшенице выдвигает и Саудовская Аравия. Вполне вероятно, «необходимость» введения таких правил была объяснена этим странам зерновыми лобби прямых российских конкурентов — Франции, США и прочих. Именно подобная организация могла бы заняться решением вопроса о сотрудничестве с этими и другими странами. Введение экспортной пошлины на пшеницу — еще один яркий пример отсутствия в России зернового лобби, участники которого смогли бы донести до всех заинтересованных сторон идею о нецелесообразности такой меры.

— Сейчас наибольший процент в структуре российского экспорта растениеводческой продукции занимает пшеница. На ваш взгляд, какие еще культуры или продукты их переработки в будущем могут быть перспективными для зарубежных поставок?

— Действительно, пока пшеница остается лидером российского экспорта растениеводческой продукции — из поставленных 37 млн т в 2016/2017 сельхозгоду на эту культуру, по нашим оценкам, пришлось 28 млн т. На втором месте все более уверенно — кукуруза, хотя исторически на протяжении десятилетий наибольшие объемы экспорта после пшеницы приходились на ячмень. Снижение поставок этой культуры в текущем сезоне связано с существенно выросшим урожаем в Австралии, которая частично заместила нашу страну на рынке Саудовской Аравии. По итогам сезона поставлено более пяти миллионов тонн кукурузы, а ячменя — лишь около трех миллионов тонн, причем разница между этими двумя позициями будет только закрепляться. За последние 7–8 лет внутреннее производство кукурузы значительно выросло: если ранее собиралось лишь несколько миллионов тонн, то в этом году урожай прогнозируется нами в пределах 15 млн т. В среднесрочной перспективе ожидается рост как объемов выращивания, так и поставок кукурузы, поскольку для сельхозпроизводителей эта культура является во многих случаях высокорентабельной. Также возможна стагнация или даже снижение экспорта пшеницы. В качестве примера развития подобного сценария можно привести Украину. Длительное время она была крупным поставщиком пшеницы, однако за последние 7–10 лет существенно нарастила производство кукурузы и вошла в топ-3 крупнейших мировых поставщиков этой культуры с объемом экспорта около 20 млн т.

— Каким образом в ближайшее время будут складываться мировые цены на зерно?

— Прошлый сезон с точки зрения движения цен был весьма скучным. В течение всего периода экспортная цена на российскую пшеницу находилась на уровне 165–195 долларов за тонну. Наблюдались невысокая волатильность и самые низкие цены для последних лет. Анализ различных стратегий продаж российских сельхозпроизводителей в прошлом сезоне показал, что больше всего удалось заработать тем, кто продал урожай в самом его начале.
Скорее всего, мировые и российские экспортные цены в новом сезоне будут несколько выше, чем в 2016/2017 году, однако ожидать серьезного роста пока не стоит. Переходящие запасы зерна в мире высокие, прогноз по новому урожаю в северном полушарии пока в целом неплохой, к тому же, ожидается восстановление объемов сбора зерновых в Европе, в частности во Франции, которая является основным конкурентом России на мировом рынке пшеницы. Определенный оптимизм сельхозпроизводителям может внушать резкий скачок цен в США в начале июля, однако я пока не уверен в том, что за ним не последует быстрое их снижение. Даже если подобного не произойдет, стремительный рост цен на американское зерно будет более ограниченно отражен в ценах на черноморскую и европейскую пшеницу. До недавнего времени она стои­ла слишком дорого относительно американской, а из-за роста цен на последнюю этот спред вернулся к своим нормальным значениями. Более интересным в новом сезоне может быть рынок ячменя. Прогнозы по объему урожая в 2017 году не слишком хорошие, в том числе и у основных российских конкурентов — Австралии и Украины. Можно ожидать серьезного восстановления экспортного спроса и, возможно, даже некоторого ажиотажа на рынке этой культуры.

— Каковы ожидания относительно внутренних цен?

— Несмотря на довольно холодную погоду, постоянные обильные дожди, выпадавшие в конце весны и на протяжении июня во многих регионах страны, а также заморозки в Центральном ФО, в целом прогноз по новому урожаю остается неплохим. В основном все крупные неурожаи прошлых лет были связаны с засухой, а не с избытком влаги. Наш аналитический центр 12 июля повысил прогноз с 115,6 млн т до 117 млн т зерновых и зернобобовых, включая 72,9 млн т пшеницы, то есть ожидается второй по объему урожай после рекордного сбора в 2016 году, когда было убрано 121 млн т зерна, включая 73 млн т пшеницы. Не исключается вероятность повышения прогноза при сохранении погодных условий, близких к средним. Полагаю, что многие эксперты оказались подвержены влиянию холодной и дождливой погоды этой весной и летом, что привело к распространению слишком пессимистичных оценок.

Высокий урожай и рекордные для последних лет переходящие запасы — серьезный стресс для цен на российском зерновом рынке, и еще недавно возможность его провала представлялась весьма значительной. Однако складывается впечатление, что удача была на стороне российских сельхозпроизводителей, и негативный сценарий не будет реализован. Аграриям повезло со скачком мировых цен в конце сезона и с ослаблением рубля. Поэтому я полагаю, что совокупность этих факторов во многом предопределила ударный старт экспортной кампании 2017/2018 сельскохозяйственного года, что позволит перейти в новый сезон без серьезного проседания внутреннего рынка. Кстати, в новом сельхозгоду мы можем столкнуться с ограничениями инфраструктуры: есть вероятность нехватки мощностей по хранению, возникновения пробок из вагонов и грузовиков, а также роста нагрузки на порты.

— На ваш взгляд, насколько выгодна и удобна для сельхозпроизводителя торговля зерном на бирже и его участие в интервенциях?

— Государственная закупка зерна — весьма непрозрачный и неэффективный механизм, который, по сути, практически ничего на дает сельхозпроизводителю и не регулирует зерновой рынок. Основные бенефициары подобных операций — элеваторы, которые хранят интервенционное зерно за определенную плату. Созданную отечественную зерновую биржу пока тоже нельзя назвать действенным инструментом реализации продукции — реальные сделки на ней еще не заключаются. На мой взгляд, наиболее эффективный для аграриев метод снижения ценовых рисков — их хеджирование. В силу отсутствия пока российских площадок это можно делать на зарубежных биржах, например чикагской или европейской. Существует ряд сложностей, связанных с налогообложением этих операций, но они вполне решаемы. Сейчас сельхозпроизводителям, имеющим доступ к подобным инструментам, следует активно продавать новый урожай, фиксируя весьма высокие цены на американских биржах. Другой возможный вариант — не заниматься реализацией собственной продукции, а поручить ее продажу какой-либо компании по аутсорсингу, как и поступают, к примеру, многие американские фермеры.
Новый сезон может оказаться непростым для отечественных сельхозпроизводителей по причине поздней уборки, высоких запасов, неопределенности с выстраиванием новых схем торговли зерном с экспортерами. В то же время ожидается рекордный экспорт, наблюдается ослабление рубля и всплеск мировых цен. В целом я полагаю, что положительные факторы будут иметь большее влияние, и растениеводство в новом сезоне вновь продемонстрирует весьма высокие темпы роста.

 

 

Подписаться на статьи

Наши новости
Cпециальные предложения
Cобытия и конференции

баннер на сайт 2

© 2013 Агробизнес. Ежедневное интернет-издание о новом поколении предпринимателей. Использование материалов Агробизнеса разрешено только с предварительного согласия правообладателей. Все права на картинки и тексты в разделе Новости принадлежат их авторам. Сайт может содержать контент, не предназначенный для лиц младше 18-ти лет.